Дарвин верил, что обыкновенный туземец не больше, нежели развитое животное. Рабов в те дни продавали, как скот. Так что эта версия проходила без возмущений. Но смогли бы в это поверить сегодня? Но именно эти мысли развивает Дарвин в своей книге: «Происхождение видов путем естественного отбора и борьба за жизнь привилегированных рас» (полное название). Итак, мы говорили, что Дарвин был расистом. Об этом говорит полное название книги. «Привилегированные расы» – этот термин взял на вооружение Адольф Гитлер. Он также ссылался на Дарвина. В таком случае Дарвина можно назвать одним из фундаменталистов, заложивших основание расизму, что отрицают сегодняшние ученые, но тогда было вполне приемлемым мнением. В США еще существовало рабство, и Дарвин своей книгой можно сказать стал на его защиту. Почему это умалчивают сегодня? Потому что это сегодня невозможно распространять, расизм считается общепринятым злом во всех демократических странах. Но Дарвин стал фундаменталистом теории эволюции, когда теория эволюции была теорией, оправдывающей расизм.
Дарвин верил, что в борьбе за естественный отбор побеждали сильнейшие особи. Он так же верил, что смерть приемлема для общества и слабые, менее значимы расы гибнут ради более развитых, то есть высших. То есть, он оправдывал смерть? Выходит, что так.
Генри Осборн, один их эволюционистов сказал: «Что интеллектуальный запас средневозрастного негра подобен складу ума 11-летнего белого подростка». Если бы кто-то сегодня это сказал нам, как бы мы восприняли?
В те времена рабов перевозили на кораблях. Около 10-20% рабов погибало в дороге. Рабство было оправдываемо ведущими эволюционистами не случайно. Рабство можно оправдать только эволюцией. Люди должны просто поверить в расовое неравенство и все. Что сумел сделать красноречивый оратор Адольф Гитлер. Европа и даже множество священников благословили Третий Рейх. Эволюция стала фундаментальной в продвижении фашизма. А уничтожение более низших рас превратилось в осмысленное действие. Книга Дарвина вышла в мир, чтобы оправдать уже существующий в обществе расизм.
Все ученые эволюционисты заняты были одной проблемой. Это потерянные звенья. Они верили, что между человеком и обезьяной должно быть потерянное звено. Путешествие в Австралию принесло – «желаемый результат». Они думали, что аборигены и есть то потерянное звено. У аборигенов были большие челюсти. Они были похожи этим на обезьян. Но аборигены использовали челюсти, как тиски. Потому их челюсти более сильны в развитии, нежели у обычного человека. Когда идет нагрузка на будь-какие суставы, они развиваются сильнее, нежели у того, кто занят обычной работой ...Это знает любой спортсмен. Но, они приняли эту версию за доказательство. Убив несколько десятков аборигенов и доставив их головы в США, таким образом было «найдено» искомое свидетельство недостающих потерянных звеньев. 33 тысячи голов хранится в Вашингтонском музее, так называемое количество жертв ради развития науки. Вот на чем строилась теория эволюции. (продолжение следует)
Сокольников Олег,
Украина
Если будем извлекать драгоценное даже из ничтожного - станем, как Его уста... сайт автора:личная страница
Прочитано 14264 раза. Голосов 3. Средняя оценка: 3,67
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Феноменология смеха - 2 - Михаил Пушкарский Надеюсь, что удалось достичь четкости формулировок, психологической ясности и содержательности.
В комментарии хотелось бы поделиться мыслью, которая пришла автору вдогонку, как бонус за энтузиазм.
\\\"Относительно «интеллектуального» юмора, чудачество может быть смешным лишь через инстинкт и эмоцию игрового поведения.
Но… поскольку в человеческом обществе игровое поведение – это признак цивилизации и культуры, это нормальный и необходимый жизненный (психический) тонус человека, то здесь очень важно отметить, что «игра» (эмоция игрового поведения) всегда обуславливает юмористическое восприятие, каким бы интеллектуальным и тонким оно не было. Разве что, чувство (и сам инстинкт игрового поведения) здесь находится под управлением разума, но при любой возможности явить шутку, игровое поведение растормаживается и наполняет чувство настолько, насколько юмористическая ситуация это позволяет. И это одна из главных причин, без которой объяснение юмористического феномена будет по праву оставлять ощущение неполноты.
Более того, можно добавить, что присущее «вольное чудачество» примитивного игрового поведения здесь «интеллектуализируется» в гротескную импровизацию, но также, в адекватном отношении «игры» и «разума». Например, герой одного фильма возвратился с войны и встретился с товарищем. Они, радуясь друг другу, беседуют и шутят.
– Джек! - спрашивает товарищ – ты где потерял ногу?
- Да вот – тот отвечает – утром проснулся, а её уже нет.
В данном диалоге нет умного, тонкого или искрометного юмора. Но он здесь и не обязателен. Здесь атмосфера радости встречи, где главным является духовное переживание и побочно ненавязчивое игровое поведение. А также, нежелание отвечать на данный вопрос культурно парирует его в юморе. И то, что может восприниматься нелепо и абсурдно при серьёзном отношении, будет адекватно (и даже интересно) при игровом (гротеск - это интеллектуальное чудачество)\\\".
